Вы – кучка избалованных педиков – и я люблю вас

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

(The Sunday Times, 22 марта 2009)

Почему все должны торчать в предматчевых пробках только ради того, чтобы толпа головорезов посмотрела, как падает мужик из Бразилии?

На протяжении многих лет я утверждал, что футбол – это тупая игра, в которой 22 избалованных гомика с идиотскими прическами бегают по полю и пытаются забить надутую поджелудочную железу овцы в какую-то сетку, в то время как публика из нескольких тысяч дальнобойщиков хреначит друг друга по головам бутылками и стульями.

Точно так же я никогда не мог понять, как кто-то из поселка Тутинг может болеть, скажем, за Manchester United – команду, которую спонсируют эти ненавистные ублюдки из «AIG», и за которую выступают игроки из Португалии, Франции, Голландии и – в случае с Уэйном Руни – из Walt Disney. Где тут связь? В чем тут смысл?

Я также высказывал мнение, что абсурдно строить футбольные стадионы посреди городов. Почему все должны торчать в предматчевых пробках только ради того, чтобы толпа головорезов смогла посмотреть, как падает бразильский мужик?

А эти люди, которые не могут пережить проигрыша своей команды. Боже милостивый. Если ты начинаешь рыдать только потому, что кто-то из Латвии, играя в городе, в котором ты никогда не был, на араба, с которым ты никогда не встречался, против каких-то итальянцев, которых ты ненавидишь без всякой на то причины, не забил пенальти – то что с тобой будет, когда у тебя диагностируют рак?

Я всегда ненавидел футбол, но потом однажды – как гром среди ясного неба – мой сын объявил, что он увлекся Челси. Это было кошмаром наяву. Если бы он сказал, что увлекся курением – я смог бы прибегнуть к разнообразным угрозам. Если бы он сказал, что увлекся гомосексуализмом – мы могли бы поговорить. Но футбольной командой? На это у меня ответов не было. У меня даже вопросов не было.

Тем не менее – так как он столько времени смотрел футбол по телевизору – я тоже стал поглядывать. И я начал думать, что в действительности – это очень красивая игра – если в нее играть правильно. И что правило офсайда, на самом деле, ничуть не сложнее банальной электростанции. А потом я начал улавливать отрывки информации от комментаторов, а это означало – впервые в моей жизни, – что когда разговор с друзьями переключался на тему футбола – я мог подключиться, а не затыкать уши пальцами и распевать матросские песни.

Это, в свою очередь, значило, что довольно скоро люди начали спрашивать меня, не хотел бы я сходить на игру. И именно поэтому в прошлые выходные я был на стадионе Стэмфорд Бридж и смотрел, как Челси уничтожает команду, которую я когда-то называл «Манчестер Сити». И которая теперь – насколько мне известно – называется «Бесполезные Деньги-на-ветер Отбросы».

Это была моя первая игра Премьер Лиги и – ух! – как же она была хороша. Когда ты там, а не сидишь дома перед телевизором – ты получаешь полный обзор, что позволяет видеть принцип самой игры. Ты замечаешь, что Фрэнк Лэмпард – словно черный дрозд, постоянно высматривающий ястребов. Ты замечаешь, что Карвальо бегает с поднятыми руками, словно щенок-попрошайка, и ты понимаешь, что Майкл Эссьен всегда способен найти клочок поля, который Бесполезные Отбросы либо не заметили, либо которого они просто боятся.

Другое преимущество присутствия на стадионе заключается в том, что для телевидения микрофоны расположены таким образом, чтобы не было слышно кричалок. Я, конечно, наслышан об этом проявлении массовой непосредственности – как правило, в контексте игры с Ливерпулем. "Иди на биржу. Иди на биржу. И ручку не забудь. Потому что ты ни... когда не получишь работу". Или: "Колеса твоего дома все крутятся-вертятся. Крутятся-вертятся. Крутятся-вертятся".

Есть и другие. «Plymouth Argyll» всех своих соперников называют не иначе как «северными ублюдками». А еще – фаны «Чарлтона», которые недавно проехали по M4 до городка Ридинг и – не сумев придумать подходящего оскорбления – выдали: "И каково оно – жить в Уэльсе?"

Фаны Челси превзошли все это в воскресенье непрерывной песней, текст которой сводился к следующему: "Пошел на **й, Робиньо. Пошел на **й, Робиньо. Пошел на **й, Робиньо". Я с радостью подключился – даже несмотря на то, что так до конца и не разобрался, кто же такой этот г-н Робиньо и почему я так сильно хотел, чтобы он проваливал.

Неважно. Все это было так по-пролетарски. Ну, или могло быть – не сиди я в приватной ложе рядом с «никаких-джинсов» лаунж-зоной Armani, где я налегал на копченого лосося с шампанским перед началом игры.

Но все воспоминания о компьютерных играх и старой доброй «забей мячик струей» разом нахлынули на меня, когда Челси забили. Я повернулся и одарил снисходительной улыбкой мужика, который сидел за мной – бывшего редактора газеты «Independent» и совершенно дерьмового водителя Саймона Кельнера. Как выяснилось, он был большим поклонником Отбросов, и ей богу – мне показалось, что он вот-вот оторвет мне голову.

Я бы не стал его винить. Раньше меня удивляло, что футбольные фаны друг друга колошматят. Теперь же – испытав на собственной шкуре накал чувства гордости и племенного родства – меня удивляет, что они этого больше не делают.

После игры меня пригласили в раздевалку Челси, чтобы я смог полюбоваться пенисами всех игроков – многие из них были действительно громадными. Я пообщался с Романом Абрамовичем, который был очень милым, и Лэмпардом, который – только что пробегав 90 минут – все еще нашел в себе силы заставить всю команду подписать футболку Челси моего сына. Даже я не делаю такого для детей, которые приходят в студию Top Gear, – а ведь, по идее, это я должен быть джентльменом, получившим образование в частной школе.

Ну что ж, вот так-то вот. Теперь я – футбольный фанат. Я знаю это, потому что за один день я осознал, что никакой я не футбольный фанат. Я – фанат Челси. Челси – это единственная команда, которая умеет играть. Игроки Челси, вне всякого сомнения, обладают самыми впечатляющими репродуктивными органами. Теперь Стэмфорд Бридж – это моя церковь. Люди, играющие там, – мои Боги.

Короче говоря – у меня появилась команда, а мне этого всегда не хватало. Потому что я родился в Донкастере.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: You're a bunch of overpaid nancies – and I love you)

Volvo XC60

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

Упс... статья переехала сюда.

Сделайте милость, сэр – пристрелите хулигана

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

(The Sunday Times, 2 декабря 2007)

Почти каждый день в новостях появляется политик и говорит нам, что все городские центры Британии кишат подростковыми бандами, которые напиваются сидром, после чего всю ночь бегают и режут прохожих. Снимая все это на мобильники на радость пользователям YouTube.

Все это звучит жутко, но на самом деле они с таким же успехом могли бы обсуждать события на лунах Юпитера, потому что, к счастью, я живу в Чиппинг Нортон, где пропавший котенок попадает на первые полосы газет. Конечно, тут есть подростки, и у некоторых из них есть куртки с капюшонами, но по большей части их зовут Араминта и Гарри, и у меня ни разу не возникало ощущения, будто они хотят воткнуть кухонный нож мне в сердце.

То же самое можно сказать про Ноттинг Хилл, где я провожу рабочую неделю. Когда я обедаю в таких ресторанах, как «E&O», мне вовсе не кажется, что в это самое время за окном в тени дежурит банда 14-летних пацанов, жаждущих зарядить мне в лицо ради минуты славы в интернете.

Однако на прошлой неделе мне пришлось съездить в Милтон-Кинс. Был день рождения моей младшей дочери, и она хотела провести его в местной снежной арене. Мы узнали дорогу, и более того – все детали о том, как найти эти «Альпы в помещении». Но ни в чем из этого мы на самом деле не нуждались, потому что нам просто нужно было ехать к самому большому зданию из когда-либо созданных человеком.

Это – замечательное место, где много снега и торговых автоматов с энергетическими напитками. Но к несчастью, из-за запрета г-на Блэра на курение, для перекура нужно выходить на улицу, что с головой окунает вас в один из этих видеохулиганских городских центров, о которых не устают говорить политики.

Я сначала не обратил ни малейшего внимания на группу детей, которая ко мне приблизилась. Я подумал, что они – поклонники Top Gear, и что они хотят узнать о голове Ричарда Хаммонда (речь идет об аварии – прим. перев.). Но нет. Что им нужно было узнать в первую очередь – так это есть ли у меня охрана.

Я вежливо попросил их оставить меня в покое. Я отошел. Я даже отошел еще чуть-чуть. Но они не отставали. И вот, решив, что нападение в этом случае, вероятно, будет наилучшей формой обороны, я схватил зачинщика за капюшон, поднял его над землей и объяснил в доступной форме, что для него же лучше будет убраться домой.

Он отказался. Они все отказались. Вместо этого, они все потянулись за мобильниками и начали снимать происходящее на камеру. Что поставило меня в неоднозначное положение...

Я достиг того возраста, когда мне сложно сказать, сколько ребенку лет. Мальчику, которого я держал, могло быть 18. А могло быть и восемь. Так вот я понял, что если бы ему оказалось восемь, то на фотографиях это смахивало бы на насильственное обращение.

И вот – как ни странно – я стоял там и держал этого парня за затылок, но вместо того, чтобы переживать о том, что меня могут зарезать, я на самом деле думал: "Господи, меня посадят за нападение, если не буду осторожным".

Поэтому я отпустил мальчика, после чего он, рассыпаясь в матах и жестах с участием разных пальцев, исчез. Оставив всю страну перед лицом серьезной проблемы.

Которая заключается вот в чем. Понятно, что родители парнишки совершенно бесполезны, раз позволяют ему шататься по улицам и нападать на всех, на кого ему вздумается. Только подумайте. Каждый раз, когда одного из этих детей находят с ножевым или пулевым ранением, его мать и отчим всегда говорят газетчикам, что он был "хорошим парнем". И что он "не заслуживал смерти".

И никто никогда не говорит: "Что ж, если он был таким прямо ангелочком, то какого черта он делал на заброшенной стройплощадке в четыре часа ночи, вы, недоумки?" Он не заслуживал смерти, это уж точно, но вы заслуживали – за то, что родительские навыки у вас были на уровне мебели.

С такой же крупной проблемой столкнулись и школы. Дети, насколько я понимаю, вольны делать друг с другом в школе буквально все что угодно, ведь учитель совершенно ничего не может предпринять. По крайней мере, без того, чтобы его не вытащил из класса какой-нибудь кучерявый адвокат по правам человека, не лишил его работы и не засадил в тюрьму.

Полиция? Ой, да ладно. Они чересчур заняты заполнением форм по здравоохранению и безопасности и обработкой штрафов за превышение скорости, чтобы тратить время на каждую банду подростков-головорезов. А это значит, что каждая банда подростков-головорезов может совершенно безнаказанно выходить на улицы и делать все, что им заблагорассудиться.

А мы – обычные люди, которые видят в городском центре место, куда можно сходить и купить еды или договориться о займе на новый дом – тоже ничего не можем поделать, потому что a) политики не устают твердить нам, что все эти дети вооружены как отряд спецназа, и б) если мы решим постоять за себя, то проведем следующие 40 лет в тюрьме «Уормвуд скрабз», отбиваясь от малоприятных жестов внимания албанского педофила Пинкски.

К счастью, я думаю, что нашел решение. С родителями ничего поделать нельзя, потому что они слишком тупы. Это все равно что научить ежика курить трубку. Рассчитывать на полицию тоже не приходиться – если только не отменим каждый закон, принятый Лейбористами за последние 10 лет.

И вы уж простите – но даже если закон будет изменен, и взрослым позволят обороняться – вы подумаете дважды, прежде чем зарядить мальчику в глаз или размазать его башку о дверь автомобиля, если будете думать, что у его дружков в штанах спрятаны мачете.

Получается, что единственное место, где можно бороться с проблемой – это школа. Поэтому поставим на входах рамки-металлодетекторы, как в аэропортах, чтобы ни один ученик не пронес с собой оружие, соберем всех проблемных детей в одном классе, и дадим учителю иммунитет от криминальных исков. И пулемет.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: Make my day, sir, shoot a hoodie)

P.S.: Уважаемые читатели!

Я зарегистрировался на сервисе Блогун, так что не удивляйтесь паре рекламных постовых сообщений, которые будут дописаны под честным заголовком «На правах рекламы» в конце статей. Надеюсь, такой шаг в развитии блога никак не повлияет на ваши положительные эмоции от чтения Кларксона!)))

Ваш АгентДен.

Планета сама разберется (обзор Seat Leon Cupra SR)

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

Упс... статья переехала сюда.

Скорее, сестра – Минздрав страшно позеленел!

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

(The Sunday Times, 1 февраля 2009)

Прошлая суббота началась очень обычно. У меня было похмелье, и я шатался по дому в развязанном халате, пытаясь найти немного тонизирующего томатного сока. Моя жена, тем временем, забирала одного ребенка из соседского дома, где тот был на вечеринке с ночевкой, и отвозила другого на какое-то мероприятие со скачками и виолончелями. Затем мой сын пришел из сада, где он играл в футбол с друзьями, и сказал, что у него болит голова.

"Ха", сказал я надменно. "Ты понятия не имеешь, что такое головная боль. У меня на лбу сейчас проводится шотландский тур чемпионата среди операторов отбойных молотков, сынок, так что возвращайся на улицу и прекращай хныкать".

Однако дело в том, что он действительно выглядел жутко. И у него был жар. И более того, он сказал, что не может вынести луч света, что пробивался сквозь занавеску, которую я задернул, чтобы остановить стук в собственной голове. А потом его дико стошнило.

Я уложил его в кровать, снова скатился по лестнице и стал читать газеты, где мой взгляд привлекла история про менингит. Случаи данной болезни подскочили в этом году на впечатляющие 25%, и в основном она поражает молодых ребят – особенно тех, кто, как и мой сын, недавно перенесли грипп. Что весьма любезно с его стороны, журналист привел список симптомов, о которых должен знать каждый родитель, и которые я читал с растущим чувством тревоги.

Один особенно выделялся. У больного часто возникают боли в шее. Я мигом побежал к мальчику и спросил, может ли он дотянуться подбородком до груди. "Ох", сказал он несчастно. "У меня шея болит".

Будучи человеком современным, я отправился на интернет-сайт Национальной Службы Здравоохранения, внес в форму симптомы и – не успел мигнуть электрон, как мне сказали немедленно набрать 999.

Я не стал этого делать. Опасаясь стать одним из тех людей, что вызывают скорую из-за сломанного ногтя, я позвонил в поликлинику, откуда меня переключили на горячую линию, где, спустя несколько минут, на проводе появился мужчина, который выслушал проблемы мальчика и сказал: "Немедленно вызывайте скорую".

Я все равно не стал этого делать. Скорой пришлось бы ехать 20 миль до моего дома, а потом 20 миль до ближайшей больницы. Это в лучшем случае заняло бы час, а с менингитом этого времени может просто не быть. Так что, несмотря на похмелье и вероятность того, что я находился в незаконном для вождения состоянии, я усадил его в машину и, спустя 20 минут, мы с визгом влетели на стоянку больницы скорой помощи.

Четыре часа спустя, после того, как его истыкали, искололи и побили по коленям молотками, кажется, все жители Оксфордшира, а я прочитал все книжки «Мой первый алфавит» в зале ожидания и построил довольно неплохой истребитель Lego, нам сообщили хорошие новости. Это была мигрень.

Итак, теперь, когда я на личном опыте познакомился с НСЗ, я вполне готов внести несколько дельных предложений о том, как эту самую службу можно улучшить. И знаете что? Я несколько озадачен. Да, было бы неплохо, если бы парочка книг в приемном покое были немного более взрослыми по своей природе; и, продолжая в том же духе, я считаю, что некоторые из наиболее симпатичных медсестер могли бы носить чулки. Но это, в принципе, и все.

Если бы я управлял НСЗ, ей богу, я бы от сердца похлопал каждого по спине, уволил бы парочку менеджеров и сказал бы всем продолжать работу. К сожалению, однако, не я главный. Эта работа досталась каким-то психам, и их предложения касательно будущего здравоохранения чрезвычайно тревожны.

Перво-наперво, они собираются сократить количество мясных и молочных продуктов в своих столовых. Они утверждают, что это уменьшит выбросы больницей углекислого газа, но так как это совершенно буквально лишено для меня смысла, могу лишь предположить, что истинная причина в том, что они хотят излечить каждого пациента от его ублюдочного прошлого, испещренного убийствами животных и характерной для правых охотой.

Дальше хуже. Они говорят, что если бы НСЗ была страной, то эта страна оказалась бы 81-м крупнейшим загрязнителем атмосферы – прямо между Эстонией и Бахрейном в сравнительных таблицах – и что вследствие этого людей необходимо отучать ездить в больницу на автомобиле.

Итак, дорогие мои невежественные имбецилы. Я сижу дома. Я думаю, что у моего мальчика может быть менингит. Вы действительно считаете, что я повезу его в больницу на автобусе, чтобы помочь защитить планктон? Или вы думаете, что я стану ждать одну из скорых, которые вы переделали так, что они теперь ездят на плавленых тори? Так вот: даже не подумаю. А если вы превратите все стоянки в приусадебные участки, я просто заеду на своем Range Rover в стеклянные двери и припаркуюсь в фойе.

Они также хотят, чтобы больницы получали энергию от ветряных турбин, что станет отличным утешением в тихие и спокойные дни для тех, чей следующий вздох зависит от аппарата поддержания жизни. А еще они говорят, что пациентам следует пить меньше бутылочной воды – вероятно чтобы у них не осталось другого выбора, кроме как пить из кишащих стафилококком раковин.

Думаете, все это бессмыслица? Что ж, вы правы, но к несчастью – это они только разогревались. Они хотят, чтобы оснащение использовалось по несколько раз. Какое оснащение? Иглы? Подгузники? Резиновые перчатки?

А как вам такое. Они также говорят, что следует поощрять работу сотрудников больницы на дому. Простите, но какой толк с медсестры, когда вам нужны болеутоляющие, а она сидит дома, закинув ноги на диван, и смотрит «Обратный отсчет», забив на все остальное?

Проблема здесь кроется в том, что правительство недавно огласило о своих планах сократить выброс углекислого газа в Британии на 80% до 2050 года. Это невозможно, но естественно – оно ведь должно хотя бы делать вид, что старается, и именно поэтому в НСЗ теперь появилось Подразделение по Вопросам Устойчивого Развития – тот самый департамент, что стоит за всеми этими идиотскими идеями.

Его откровенно заблуждающийся глава – доктор Дэвид Пеншеон – говорит, что в будущем с низким уровнем выброса углекислого газа здравоохранение будет совершенно не похоже на то, каким мы знаем его сегодня.

Ты чертовски прав, дорогуша. Больницы будут битком набиты мертвыми людьми.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: http://www.timesonline.co.uk/tol/comment/columnists/jeremy_clarkson/article5626671.ece)

Мир никогда не будет в безопасности, пока не запретят «Скраббл»

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

(The Sunday Times, 11 января 2008)

Настольные игры не сближают семью. Они вырывают ее сердце и бросают в кипящий чан ярости.

Новости с пыльных полок в задней части магазина игрушек. За последние 12 месяцев, продажи «Тривиал Персьют» утроились, «Монополии» – поднялись на 13%, а «Скраббл» стал в 23 раза популярнее, чем в 2007 году.

Естественно, люди, которые любят долгие прогулки на свежем воздухе, видят в этом показатель того, что Британия возвращается к традиционным семейным ценностям, и что вместо того, чтобы нюхать по ночам клей и избивать полицейских, все дети в нашей стране сидят по домам в сарафанах, стругая шахматные фигурки у камина с мамой и папой. Они считают возрождение настольных игр чем-то хорошим.

Я, однако, в этом не уверен. Возьмем, к примеру, «Монополию». Сначала она кажется забавной, но, как и у банковской системы и рынка недвижимости, на которых она основана, – у нее есть недостаток. Она никогда не заканчивается. Вы терпите банкротство, поэтому занимаете деньги у мамы, у которой их полно. Потом вы снова терпите банкротство. И вы занимаете еще денег из банка. А потом, когда в коробке денег уже совсем не остается, вы пишете долговую расписку и продолжаете занимать до самого четверга, когда все окажутся банкротами, и вы поймете, что капитализм без денег не работает – будь то биржа или настольная игра. Это еще если вам повезет. В противном случае, за столом окажется "полный неудачник", который во всем обвинит ваш отель на Нортамберленд Авеню и в припадке истерики начнет рыдать, выкидывая игровое поле, свою собаку, ваш утюг и все дома вашего папы в камин.

Теоретически, «Скраббл» намного лучше, однако и он не лишен подводных камней. Ну, по крайней мере, для меня, потому что я всегда заканчиваю с семью гласными на руках. Поэтому, пока мой оппонент выкладывает "underpass" с двумя пересечениями и умножением очков на три, и объявляет, что закончил партию, я получаю всего пять очков за "eerie". Опять. И все смотрят на меня как на дурака.

Похожая проблема у меня и с нардами. Моя жена, должно быть, считает, что на каждой из шести сторон костей – по шесть точек. Я же всю свою жизнь выкидывал только единицы и двойки. Даже без соперника у меня бы ушло полтора года на то, чтобы переместить свои фишки на другую сторону доски.

Чтобы исключить элемент удачи, я всегда предлагаю шахматы, но и это не помогает, потому что единственный человек в моей семье, который знает, как играть, – это мой сын, которому 12 и который постоянно делает ходы под влиянием тестостерона, без конца оставляя королеву в нелепой позиции и потом хихикая, когда я, из вежливости, делаю вид, что не заметил, в какой она была опасности. Или как он только что походил ладьей по диагонали, или как на протяжении последних двух часов был в одном ходе от шаха и мата.

Вообще, играть с детьми в любые игры – занятие неблагодарное. Шарады, например. Они начинают дуться, когда вы задаете им "Животное блаженство Бальтазара Б" или "Версаль: вид из Швеции", а вы, в свою очередь, раздражаетесь, когда они без конца изображают фильм, два слова в названии которого звучат как «Карри Хоттер».

Даже «Три-Тактикс» – единственная настольная игра, которая мне действительно нравится – может быть разрушена, если вашему оппоненту меньше 16-ти. Потому что сидишь и думаешь: "Ой, да ради Бога! Как ты можешь писать смс другу, общаться с половиной мира через Facebook и смотреть какую-то американскую чепуху по телевизору, причем все это одновременно, когда ты не способен запомнить, что фигура, которую ты атаковал 30 секунд назад своим хилым маленьким истребителем, до сих пор остается моим авианосцем?"

Получается, что настольные игры не сближают семью. Они вырывают ее сердце и кидают его в кипящий чан злости, истерик, взаимных обвинений и ненависти. И я боюсь, что похожее влияние они оказывают на мир во всем мире.

Чтобы понять эту новую и интересную теорию, нам нужно оглянуться на мир времен «Понга». Это была первая коммерческая видеоигра; в ней были две ракетки, квадратный мяч и множество раздражающих звуков; она появилась в 1972-м и с тех пор западный мир, по большей части, жил в мире. Таким образом, мы можем заключить, что «Понг» или другие игры такого рода положили конец холодной войне, потому что, впервые за всю историю, для мировых лидеров нашлось занятие получше, чем бегать и разбрасываться взаимными угрозами членовредительства.

Я понимаю, конечно, что это не касается Тони Блэра или Джорджа W. Буша, но это потому, что они были слишком заняты чтением Библии, чтобы играть в «Космических захватчиков». Я, со своей стороны, играл в «Космических захватчиков» много, и у меня никогда не возникало желания кого-либо захватить.

Если мы взглянем на современные горячие точки мира – сектор Газа, Сомали, Шри Ланку и другие – мы обнаружим огромное количество людей, лишенных возможности играть в «Grand Theft Auto». Это значит, что им скучно. Они могли бы играть в «Патруль Дувра» или «Мышеловку», но вместо этого предпочитают захватывать танкеры с нефтью или отрезать руки соседям.

Настольная игра была изобретена около 5,000 лет назад, и она не утолила жажды человека к действию. Люди продолжили изобретать дурацкие новые религии и вести войны, потому что они знали, что получить топором по лицу было лучше, причем намного, чем игра в «Cluedo». Взгляните на Гитлера. Он вполне мог играть в «Риск», но из-за того, что выиграть в ней может только человек, получивший задание завоевать Австралию и Северную Америку, он решил придумать собственные правила и воплотить их в жизнь. Поступил бы он так, будь у него PlayStation и копия «Call of Duty V»? Я очень сильно сомневаюсь.

Факты таковы: с тех пор, как наука приручила электрон и превратила его в Сайлона или нацистского десантника с реалистичным пулеметом, мир, вне всякого сомнения, стал лучшим местом. И жизнь семей тоже.

Я пишу эти строки в нашем прибрежном коттедже, где нет ни PlayStation, ни Wii. В результате – дети встают рано утром, играют во что-то старомодное и потом ссорятся из-за этого до ночи. Завтра мы вернемся домой, где полно страшных, злобных и кровожадных электронных игр. Мир, вопреки учениям людей в твиде, будет восстановлен.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: http://www.timesonline.co.uk/tol/comment/columnists/jeremy_clarkson/article5488548.ece)

Бейте в колокол, о, планшеты – мы все падаем ниц

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

(The Sunday Times, 4 января 2009)

Ошибки будут случаться, что нормально, если вы раскладываете товар по полкам в супермаркете. Но только не в том случае, если вы – социальный служащий.

Когда я был молодым амбициозным репортером в местной газете, меня отправили в муниципальный дом одной молодой женщины, которая позвонила и сказала, что ее дом кишит тараканами.

«Дом», как оказалось, было неправильным словом. Это было непонятное строение, в котором не было ничего кроме перевернутых коробок и нескольких детей, выглядящих так, будто они только что вышли со съемочной площадки фильма «Кес». Когда мы попытались составить картину семьи, выяснилось, что женщина не имела ни малейшего понятия, какие дети были ее, а какие принадлежали тому, что я до того момента принимал за кучу свиного сала, но что в действительности оказалось ее сестрой.

О тараканах она тоже ни черта не знала. "Знаете, что они делают?" сказала она. "Они залазят в головы детишкам, откладывают свои яйца и после этого в головах у детишек плодится тьма пауков".

Это было 30 лет назад, и вы можете вообразить, что дела в общежитиях неблагополучных северных городов теперь идут куда лучше. Но нет. В Рождественские праздники мы прочли о чете Менсфилдов, которые отправились на семичасовую попойку вместе со своим покрытым рвотой грудным ребенком. Отец представлял собой неординарного вида создание, казавшееся наполовину мышью, наполовину ершом, а мать имела шесть судебных записей о пьянстве и непристойном поведении. Что ж, очевидно, что родители из них совершенно никудышные, и если только социальные службы не будут тщательно за ним присматривать, бедное дитя однажды проснется в коробке под кроватью и у нас будет новая Шеннон Меттьюс.

Поэтому меня очень обрадовала статья на прошлой неделе о том, что правительство собирается предпринять меры для того, чтобы сделать жизнь детей этой великой нации чуточку лучше.

Однако речь не идет об усилении заботы о детях, которым приходиться есть только то, что они сумеют найти на усыпанных героином лестничных клетках блочных многоэтажек, в которых они живут, или о тех, кого отправляют обменять краденные автомагнитолы на шесть пачек Рогипнола.

Вместо этого правительство наймет огромную армию мужчин и женщин с планшетами, которые будут приходить к вам домой, когда вашему ребенку исполнится два года, чтобы убедится, что он умеет нормально разговаривать. Об этом следует беспокоиться, если вы живете в Глазго или если вы – плод любви Анта и Дека.

Инициатива получила развитие как ответ на исследование, которое обнаружило, что некоторые двухлетние не знали о том, что у них есть имя, не говоря уже о том, что они вообще не слышали о таком понятии. И что каждый десятый ребенок в бедных районах не знал ни одной колыбельной.

Хммм. Я поразмыслил над этим, и я не вижу, в чем проблема. Колыбельные – это жестокие и ужасные вещи, исполненные историй о расчлененных овцах и бубонной чуме. Есть Простофиля Саймон, который очевидно был тормозом, Хикори Дикори Док, который – просто ерунда, и Уи Уилли Уинки, который бегал по городу в ночной пижаме, заглядывая в окна детей, чтобы убедиться, что они в постели. Совершенно ясно, что мужик был педофилом, и чем меньше двухлетних будут знать о таких вещах, тем лучше.

На самом деле, я снимаю шляпу перед любым родителем, который прячет эти грязные и пугающие истории и вместо этого поощряет, когда его дети играют в Grand Theft Auto. Но я очень сильно сомневаюсь, что армия дождевиков с планшетами разделит мои взгляды. Точно так же, как я не ожидаю, что они сосредоточат свои усилия на тех сферах жизни, где дети действительно нуждаются в помощи.

Точно так же, как и люди из охраны аэропортов направляют свои антитеррористические усилия на всех без разбора, то есть показать пальцем на Гарри Поттера они могут с такой же вероятностью, как и на потного афганца, у которого из ботинок торчат провода, – социальные служащие с одинаковым остервенением будут накидываться и на местный церковный приход, и на общежитие в неблагополучном районе.

На самом деле, они уже об этом говорят. Некто по имени Джин Гросс, который стоит на острие стремления правительства заставить детей изучать колыбельные еще до обрезания пуповины, заявил, что эти проблемы в одинаковой степени касаются семей среднего класса, особенно если их младенцы долгое время находятся в яслях, пока оба родителя работают в поте лица, чтобы расплатится по ипотеке.

Я нахожу это несколько устрашающим, потому что я помню, как, когда мои дети были маленькими, их обследовал кто-то, кто их не знал, не знал нас и кто мог – одним росчерком шариковой ручки – запустить правительственную машину, которая в худшем случае могла их забрать, а в лучшем – навесить на них ярлык проблемы с латинским названием, в попытках преодолеть которую они проведут остаток своей жизни. А все оттого, что ни не знали, что Шалтай-болтай – это не яйцо и не толстяк, а пушка времен гражданской войны.

На самом деле, я знаю одну пару, у которой – совершенно ошибочно – забрали детей. И которым могли их вернуть, только если бы они переселились в безопасное помещение под 24-часовым наблюдением. Для меня это остается самым варварским примером бесполезной и опасной системы, которая теперь готовится стать еще хуже.

Когда дело касается воспитания ребенка, не существует определенного «правильно» или «неправильно». Социальные служащие – которыми я по большей части восхищаюсь – продолжат быть слишком острожными в одних случаях, и слишком неуклюжими в других. Ошибки будут случаться, что нормально, если вы раскладываете товар по полкам в магазине или если вы зарабатываете на жизнь, выращивая овощи. Но когда ваша ошибка разрушает семью, в этом нет совершенно ничего нормального.

Если мы вернемся к детям, которых я встретил 30 лет назад в том доме с тараканами, то вполне возможно, что все они сейчас сидят в тюрьме за продажу кетамина подросткам. Но ведь также возможно (а почему нет?) что они – университетские профессоры.

И давайте закончим примером маленькой девочки, чей отец был жестоким алкоголиком, и чьей матери это настолько осточертело, что она пристрелила его на глазах у ребенка. В любом кодексе мира говорилось бы, что ее нужно было забрать в приют. Но ее не забрали. Она выросла и теперь известна всем нам как Шарлиз Терон.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: http://www.timesonline.co.uk/tol/comment/columnists/jeremy_clarkson/article5437952.ece)

Мой сумасшедший автомобильный год

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

Упс... статья переехала сюда.

Простите, черви, но вам от меня не достанется ни кусочка

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

(The Sunday Times, 7 декабря 2008)

Серьезно – вам никогда не повстречать ангела, если вы похожи на содержимое мешка для пылесоса.

Быть мертвым всегда было так просто. Вас клали в ящик, осторожно спускали в землю и давали гнить с миром. Или же, если земля в вашем городе была переполнена, вас кидали в огонь и давали провести остаток времени в вазе, на каминной полке вашей матери.

Однако теперь – точно так же, как вы можете пожениться под водой или во время прыжка с парашютом – вы можете выбрать, как вам хотелось бы, чтобы вас утилизировали, когда вы закончите умирать. Только на этой неделе, например, бывший водолаз морской пехоты по имени Дерик Редферн был привязан к носовой части торпеды, которую подорвали у морского дна близ Плимута. Это значит, что отныне и навеки веков г-н Редферн стал частью Гольфстрима.

Тем временем в Испании представители кольцевой трассы в Каталонии близ Барселоны заявили в понедельник, что поклонники автогонок теперь могут упокоиться с миром на треке. Как именно это будет работать, я не знаю. Безусловно, Льюису Хамильтону в следующем году будет очень досадно, если его занесет в последнем повороте на могилу Джеффа Симмонса из Батли. Возможно, они имели в виду, что мертвых можно использовать как часть ограждающей стены из покрышек. Или для пропитывания масляных пятен.

Некоторые могут спорить, что если вас используют в качестве отбойной стены или взрывают под водой, теряется некоторое достоинство смерти. Неуверен, что это так, потому что особого достоинства в том, чтобы лежать в ящике, пока у тебя из лица вытекают глаза, я тоже не вижу. Куда лучше использовать ваше разлагающееся тело в качестве мягкой подушки для гонщиков. А если вы окажетесь на атлантическом конвейере, то, по крайней мере, время от времени будете видеть Карибские острова – что не представляется возможным, когда вы лежите на глубине 2 метров в Саррее.

Я всегда говорил, что хочу быть похороненным, когда умру, потому что если окажется, что рай существует, то сложно будет наслаждаться его изобильным великолепием, будучи кремированным. Серьезно – вам никогда не повстречать ангела, если вы похожи на содержимое мешка для пылесоса. По этой же причине меня беспокоят донорские карты. Я не думаю, что в стране молока и меда будет слишком весело без печени.

Однако теперь, когда стали возможны все эти странности, я пересматриваю свое посмертную стратегию. Тут надо хорошенько подумать. Я знаю это, потому что наблюдал, как люди пытались раскидать останки своих близких неподалеку от моего летнего домика на острове Ман.

Звучит мило, но так как погода вечно стоит ветреная, скорбящая семья, как правило, в результате отправляется домой с кусочками их отошедшего в мир иной отца в волосах. А это значит, что, не оказавшись на одинокой скале, он кончит тем, что его смоют в раковину вместе со слезами.

Похожую проблему я вижу и с теми, кто развевает прах своих близких на заднем дворе. Типичная ошибка, ведь в один прекрасный день это уже не будет задним двором. Это будет филиал Tesco или склад Travis Perkins. А это значит, что ваш папаша может стать шлакобетонным блоком. Или очутиться в чьем-нибудь сандвиче.

Космос – соблазнительная штука, ведь там нет ветра, и он не меняется, и я рад сообщить, что на самом деле есть копания, которая отправит ваш прах на орбиту всего за £250.

Впрочем, есть одно «но». Хоть компании и удалось доставить на орбиту останки Джина Родденберри, создателя «Star Trek», они слегка напортачили, когда пришло время отправить туда главного инженера «Enterprise».

Когда они попытались в первый раз, ракета разбилась, и Скотти оказался не в Галактике Андромеды, а всего лишь неподалеку от Санта-Фе, в штате Нью-Мексико. К счастью, его нашли, и пару месяцев назад его снова запустили с острова в Тихом океане. Однако в этот раз снова не заладилось, и ракета взорвалась, отправив канадского актера в море, где, однажды, он, скорее всего, лоб в лоб столкнется с Дериком Редферном. Я почти уверен, что это не то, чего они оба желали.

Я должен также пояснить, что если даже вам удастся отправить мужа на нижнюю орбиту, он станет угрозой для навигации в будущем. Так что не приходите ко мне со слезами, когда то, что когда-то было левой ногой вашего супруга, пробьет охренительную дыру в борту космического шаттла, убив весь экипаж.

В связи с этим, позвольте мне подкинуть пару других идей. Ваш прах можно смешать с краской и использовать при создании художественного произведения. Это может означать, что остаток времени вы проведете в качестве левой груди Анжделины Джоли. Или переднего колеса паровоза. Или что вы там выберете. Причем я знаю, что стучусь в открытую дверь, ведь недавние исследования показали, что лишь 5% британцев хотят упокоиться на церковном дворе. Вы можете стать частью футбольного поля или трассы M1. Или вас могут превратить в алмаз. Это на удивление просто. Просто нагреваете своего бывшего мужа до температуры 1500C и поддерживаете ее на протяжении нескольких недель, пока не окислится все, что не является углеродом. Потом смешиваете его со щепоткой металла и алмазной затравкой, после чего подвергаете давлению в 363 200 кг на квадратный дюйм. Спустя несколько лет, вашего мужа можно будет отшлифовать и инкрустировать в кольцо на ваш выбор. Можете даже носить его на сережке в пупке или, осмелюсь сказать, пониже. Ему бы это понравилось, я уверен. Только не забудьте снять его, когда снова выйдете замуж.

Я же? Ну, я решил наверняка, что хочу, чтобы моя семья сделала с моим телом, когда оно превратится в тушу. Я хочу, чтобы они принесли меня в дом к Питеру Мандельсону (британский политик, один из ведущих деятелей лейбористской партии – прим. перев.) и оставили там в прихожей. Это мое желание и, как мой слуга, Лорд Мандельсон обязан подчиниться.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: http://www.timesonline.co.uk/tol/comment/columnists/jeremy_clarkson/article5297719.ece)

Папаша всех идиотов на спортивном дне в школе вашего ребенка

!!! Новые колонки на jccolumns.ru !!!

(The Sunday Times, 16 ноября 2008)

Если бы я был к этому предрасположен, а это не так, потому что я не хочу, чтобы меня грабили каждую ночь и били ножом каждое утро за завтраком, то думаю, что из меня вышел бы довольно неплохой приемный отец.

К несчастью, несмотря на мою любовь к чтению историй про Винни-Пуха и разжиганию каминов на ночь, чтобы всем было тепло, я бы не подошел на эту роль, потому что разные советы с благими намерениями определили, что нехорошо отдавать ребенка под опеку кого-либо толстого и курящего. Что ж, прости, Ли. Никакого Пуха и билетов на Top Gear для тебя, мой мальчик.

Это освещает новое интересное наблюдение: правительство, которое мы избираем для того, чтобы оно ставило освещение на улицах и скамейки в парках, теперь разработало систему критериев для определения хороших и плохих родителей. Толстые – плохо. Курящие – плохо. Хищные вегетарианцы, в то же время, – это нормально. Точно так же, как и поддержание в доме температуры в -42C из экологических соображений.

Естественно, любой родитель, который приходит посмотреть на игру своего ребенка в школьном спортивном матче, будет считаться "чрезвычайно хорошим", хоть я только что и вернулся с матча по регби, в котором участвовал мой сын, и, судя по всему, ни один отец Британии не способен сделать это как следует.

Я не знаю, что заставляет нормальных, умных и веселых людей терять любую связь с реальностью, как только они оказываются у школьной спортивной площадки. Но раз уж это происходит со всеми, я приготовил для вас карманный вырежь-и-сохрани путеводитель по тому, что приемлемо, а что – нет.

Во-первых, родители должны помнить, что детям за них стыдно. Детям Мика Джаггера стыдно за своего отца. Моим – стыдно за меня. Вашим – за вас. За все, что вы делаете. За все, что вы говорите. За все, что вы одеваете. Все это – совершенно неправильно. Так что вот вам совет на тот случай, когда вы окажетесь у спортивной площадки. Будьте нормальными.

Если команда вашего ребенка забивает гол, можете поаплодировать, но не надо – а именно это я наблюдал всего пару часов назад – выбегать на поле, мыча, словно раненое животное, с красным лицом, яремной веной, раздувшейся на 15 сантиметров от гордости, и поднятыми верх руками, словно у боксера, одержавшего победу.

Потому что после того, как вы добежите до середины поля и упадете на колени в приступе благодарности и счастья, вы осознаете, что вы – финансовый директор ведущего рекламного агентства, и вы только что выставили себя идиотом.

Обширная демонстрация гордости приемлема, если вы болеете за Челси, а Дидье Дрогба только что забил восьмой гол Ливерпулю. Но когда вы наблюдаете за тем, как кучка замызганных 12-летних мальчишек бегает, словно стая скворцов, она неуместна.

Кроме того, каким бы осведомленным вы ни были в том виде спорта, за которым наблюдаете, ни при каких обстоятельствах не следует раздавать вслух оскорбительные замечания. От этого все в команде захотят надавать вам по голове, а поскольку нападать на отцов-болельщиков – против школьных правил, они просто дождутся, когда после игры в душе смогут отыграться на вашем ребенке.

Вы можете воздерживаться от курения рядом со своими детьми, чтобы уберечь их легкие. Вы можете кормить их исключительно коричневым рисом, чтобы предотвратить возникновение рака. И вы можете покупать им только белые и пушистые видеоигры, чтобы не травмировать их разум. Но если вы будете кричать у боковой линии, вы тем самым опосредованно разобьете им нос. Гарантирую вам.

Более того, делая во весь голос подсказки, вы будете раздражать судью, который в какой-то момент может подойти и попросить вас замолчать. Это – и я дважды был свидетелем – может закончиться дракой. И никто не хочет смотреть, как отраслевой менеджер сети супермаркетов катается в грязи, пытаясь ударить по лицу учителя истории своего сына.

Всегда видно, когда люди склонны к подобному поведению, потому что они будут поддерживать команду-соперника, взяв при этом отгул на работе и проехав сотни миль, чтобы присутствовать на матче. Следовательно, человек, о котором идет речь, переполнен энтузиазмом – а это значит, что он вдруг потеряет суть вашего с ним разговора и начнет прыгать вверх-вниз, выкрикивая "Сзади!", "Смотри на мяч!" и другие неразборчивые вещи. И моргнуть не успеете, как он завяжет драку в стиле среднего возраста с г-ном Дженкинсом из 4-Б.

Если узнаете, что кто-то приехал издалека, отойдите от него подальше и пообщайтесь с одной из тех женщин, которые приходят без супруга, потому что они будут рады любой компании. Я знаю это, потому что любой мужчина, который ставит "поболеть за сына в матче по регби" в конце списка вещей, которые он готов делать в качестве родителя, – просто безнадежен в качестве мужа. И поэтому его жена захочет завести с вами интрижку. Вот почему почти все женщины у боковой линии во время матча по регби одеты с иголочки.

Однако – и это очень важно – когда вы заведете разговор с симпатичной мамашей и начнете договариваться насчет чашки чая после матча, не позволяйте себе отвлечься настолько, чтобы пропустить гол вашего сына. Он не хочет, чтобы вы там были. Он не хочет, чтобы вы шумели. Но поверьте: он хочет, чтобы вы смотрели в момент его славы. Так что будьте внимательны.

А теперь самое сложное. Если именно ваш ребенок вывел команду вперед, ради всего святого, сохраняйте спокойствие. Не кричите: "Это уже его 18-й за сезон", потому что вас все возненавидят. Я, например, говорю, что это первый гол в его жизни, а потом, чтобы придать сцене завершенности, прикидываюсь, будто вот-вот потеряю сознание. Однажды, надеюсь, это заставит красивую мамашу, с которой я постоянно болтаю, сделать мне искусственное дыхание.

Конечно же, вашему мальчишке может не понравиться, если он обернется и обнаружит, что его отец зажимается с мамой Фортескью из младшего класса. Но раз уж ваше присутствие все равно будет его раздражать, то почему бы не попробовать.

(Ссылка на оригинальный текст статьи: http://www.timesonline.co.uk/tol/comment/columnists/jeremy_clarkson/article5161208.ece)